Блог
595 0

Таран попал под стражу. Ирина цветкова "я успеваю только то, что мне интересно"

Таран попал под стражу. Ирина цветкова "я успеваю только то, что мне интересно"

Был запущен в декабре 2016 года. Сейчас на сайте зарегистрировано около 400 инвесторов, общая сумма исков за год составила порядка 700 млн рублей, сумма инвестиций - около 24 млн рублей. Основатель сервиса, адвокат Ирина Цветкова рассказала Rusbase о своем проекте и финансировании судебных процессов в России, а мы спросили экспертов об особенностях рынка.

Судебное финансирование - это услуга, при которой третья сторона (инвестор) финансирует судебные издержки истца, получая процент от присужденной истцу компенсации, рассказывает Ирина Цветкова. Новое направление для бизнеса сформировалось в США почти 20 лет назад, когда стало понятно, что истцы не могут самостоятельно оплачивать судебные процессы - особенно дорогостоящие услуги юристов. Несмотря на то, что финансирование судебных процессов появилось в стране с англо-саксонской правовой системой, сейчас, по словам Ирины Цветковой, оно развивается и в странах с другим правовым ландшафтом - например, в Гонконге, Сингапуре, Канаде.

Ирина Цветкова

Основатель Platforma

Принципиальной разницы в работе схемы финансирования судебных процессов вразных странахнет. Главное, чтобы в стране не было запрещено на законодательном уровне финансирование судебных процессов. Например, в нескольких американских штатах оно до сих пор запрещено. А в Великобритании, напротив, легализовано и рассматривается как один из путей доступа к правосудию.

По словам генерального директора Юридической группы K.O.R.D. Алины Беляевой, финансирование судебных процессов особенно распространено в Европе и развитых странах Азии. Например, в Великобритании существует понятие «гонорар успеха», финансирование судебных процессов получило развитие благодаря соглашениям адвокатов и их клиентов об условном гонораре. Адвокат вкладывал свои средства в ходе рассмотрения уголовного дела и получал долю от выигрыша, рассказывает Беляева.

В России, говорит Ирина Цветкова, сейчас конкурентов у Platforma нет - да и рынок еще не сформирован, в отличие от США и Великобритании:

Ирина Цветкова

Основатель Platforma

В США и Великобритании на рынке инвестирования в судебные процессы (litigation finance) доминируют специализированные банки и хедж-фонды (Burfod, Counsel Financial). Их основные клиенты - юридические компании, которые приводят к ним клиентов, нуждающихся в финансировании судебных процессов. В США также есть несколько краудфандинговых площадок (Funded Justice, Lex Shares, FundRazr), где можно объявить сбор средств на ведение дела или найти единичного инвестора.

На Западе есть отдельные стартапы, например, Legalist, поддерживающий в судебных делах компании, которые не могут позволить себе судебные тяжбы с крупными корпорациями. Алгоритм оценки успешности дела Legalist разработали на базе 15 млн судебных дел. Всего на рынке альтернативных инвестиций в судебные процессы в США работает более 100 хедж-фондов и более 1000 частных инвесторов.

По мнению генерального директора Юридической группы K.O.R.D. Алины Беляевой, для развития инвестиций в судебные дела в России для начала необходимы специалисты с хорошей юридической базой, которые будут разрабатывать стратегию судебного спора, проводить экспертизу документов и смогут оценить перспективы, а также необходима уверенность в судебно-правовой системе и органах взыскания. С ней соглашается Ксения Третьякова, заместитель руководителя департамента маркетинга и продаж патентно-адвокатского бюро «Гардиум»: «Отсутствие гарантии исполнения решения суда - это большой риск как для участника спора, так и для инвестора», - говорит Третьякова. Кроме того, стоит обеспечить со стороны участника спора раскрытие всех фактов и документов по конкретному делу. Алина Беляева отмечает, что в некоторой мере обезопасить инвестора сможет лицензирование юридической деятельности:

Алина Беляева

Генеральный директор Юридической группы K.O.R.D.

Во многих странах деятельность юристов лицензируется, и юристы стоят не просто дорого, но и отказываются от определенных дел, так как могут пожизненно лишиться лицензии на осуществление юридической деятельности. В России пока таковых ограничений нет, но рассматривается вопрос о лицензировании юридической деятельности или приобретения отдельного, иного статуса. Это может снизить риск инвестора, финансирующего судебные процессы.

Ирина Цветкова считает, что в России риски инвесторов в судебные процессы даже ниже, чем на Западе: «У нас кодифицированное право, мы лучше прогнозируем сроки рассмотрения. В России на один процесс в среднем уходит год-полтора. В Великобритании просчитать срок дела сложнее. Кроме того, в России удобно руководствоваться судебной практикой. Есть kad.arbitr.ru, в свободном доступе можно найти постановления вышестоящих судов. Юристы прогнозируют результаты дела исходя из законов и судебной практики, а также с помощью систем предсказания исхода дела (CaseLook и другие)».

Юрисконсульт компании Alta Via Светлана Васильева считает, что риск инвесторов в судебные процессы и истцов вполне оправдан. «Важно все просчитать заранее. Для инвесторов в данном случае важны компетенция и опыт в юриспруденции: сильный юрист всегда сможет оценить перспективы дела и "вычислить" выигрышное. А тем, кто пользуется услугами судебного инвестора, я бы посоветовала внимательно отнестись к договору на услугу и обязательно провести предварительную правовую экспертизу с независимым специалистом».

Монетизируется Platforma сразу по нескольким каналам:

  1. Компания берет 10% комиссии от суммы инвестиций, которую получил истец. Если дело проиграно, то деньги, которые получил истец ведение процесса, не возвращаются инвестору. «Этоглавный принципсудебного финансирования, так происходит по всему миру», - отмечает Ирина Цветкова.
  2. При любом исходе дела сервис удерживает комиссию в 10%. «Именно поэтому в работу мы берем дела, вероятность выигрыша в которых выше 75%, - комментирует Цветкова. - Мы проводим c привлечением собственных и внешних экспертов и отказываемся от кейсов, вероятность успеха в которых ниже этого прогноза».
  3. За платформой остается процент в случае положительного разрешения спора. По словам Цветковой, это основной источник дохода компании.
  4. У сервиса есть дополнительные платные опции - это каталог юристов с возможностью платного размещения, размещение дел для поиска адвокатов.

По данным сервиса, средняя доходность по инвестициям в судебные процессы составляет 100%, минимальная - 30%, максимальная - 500%.

Ирина Цветкова

Основатель Platforma

У нас был кейс, когда инвестор заработал 500% за полгода. В конце августа 2017 года в ходе судебного разбирательства российская теплоснабжающая организация подписала мировое соглашение с тепломагистральной компанией, в рамках которого истец получил запрашиваемую сумму 18,5 млн рублей и пени, а судебный инвестор - доход в 15% от суммы иска. Судебный прецедент возник из-за неуплаты в установленные договором сроки тепломагистральной компанией (ответчиком) поставленных ей тепловой энергии, теплоносителя и горячей воды на сумму более 18 млн рублей со стороны теплоснабжающей организации (истца).

Истец привлек через Platforma инвестора, покрывшего судебные расходы и услуги юристов. Теплоснабжающая организация обратилась в суд с исковым заявлением о принудительном взыскании с ответчика суммы задолженности и пени.

На урегулирование спора ушло около 4 месяцев. В результате ответчик погасил сумму долга и пошел на мировое соглашение по уплате пени. Инвестор, вложив около 500 тысяч рублей в судебный процесс, получил доход почти в 2,8 млн рублей.

Минимальная сумма инвестиций за год работы сервиса составила около 500 тысяч рублей. «Но мы обеспечиваем финансирование коммерческих дел практически любого размера - при условии, что финансирование будет экономически выгодным для клиента», - замечает Ирина Цветкова. Окончательное решение принимается на основе нескольких факторов:

    Убытки в коммерческих спорах должны быть хорошо обоснованы. Другими словами, они должны быть в несколько раз больше, чем прогнозируемые расходы на ведение дела.

    Срок рассмотрения спора.

    Платежеспособность ответчика.

    Затраты на судебное разбирательство должны прогнозироваться: соотношение суммы иска и суммы инвестиций должно быть таким, чтобы инвестору было выгодно финансировать дело.

Хотя среди профинансированных через сервис дел нет ни одного проигранного, статистика по возможному «проценту неудач» у Platforma пока не сформировалась окончательно. Ирина Цветкова говорит, что при среднем сроке рассмотрении дел в России в один-полтора года понадобится еще около года, чтобы довести до конца дела, которые сейчас в работе.

В продвижении на российском рынке Platforma встречается с определенными сложностями. В основном из-за того, что судебное финансирование у нас - новая услуга, об особенностях которой мало кто знает:

Ирина Цветкова

Основатель Platforma

Приходится для начала рассказывать о том, что такое финансирование судебных процессов, о его преимуществах и как это работает. Мы активно пишем в СМИ, проводим опросы, изучаем и переводим западные тексты, по сути - формируем этот рынок. Кроме того, некоторые спрашивают про легальность таких инвестиций. Да, это легально. В России судебное финансирование пока не регулируется специальным законодательством, но не запрещено. В апреле 2017 года в поддержку развития в нашей стране института судебного финансирования выступил председатель Совета судей России Виктор Момотов. Но более частая реакция на наш проект - живой интерес: «Да ладно? Такое есть? Как интересно».

В продвижении мы делаем упор на то, что финансирование судебных процессов - это доступ к правосудию. Это новые возможности для юридических компаний в борьбе за клиента - предлагать дополнительные возможности, и не упускать клиента, у которого нет денег, но есть интересные кейсы. Это новая возможность и для компаний, которые не хотят ухудшать финансовую отчетность и тратить деньги на судебные тяжбы. Для инвесторов - это легальный инструмент и возможность высокого дохода.

Но продвижение может стать не единственной сложностью проекта. Управляющий партнер Международной юридической группы KDS Legal Сослан Дарчиев называет сразу нескольковозможных проблемстартапов в области судебного финансирования в России, особенно они заметны, если сравнивать наш рынок с американским: «Уровень дохода российских и американских компаний несоизмеримы. У нас нет такого количества дел, чтобы масштабировать подобные проекты. Поэтому мы видим, что в США суды удовлетворяют многомиллионные иски и взыскивают судебные расходы на оплату услуг представителей полностью. При этом стоимость юридических услуг в США в разы превышает стоимость юридических услуг в России. Развивать такие проекты в нашей стране мешает то, что суды, как правило, взыскивают судебные расходы не в полном объеме».

Алексей Федоряка, руководитель практики защиты промышленной собственности патентно-адвокатского бюро «Гардиум», говорит, что нельзя сбрасывать со счетов и экономические аспекты: «Компании в России достаточно быстро создаются и ликвидируются, поэтому, инициируя абсолютно прозрачный судебный процесс с высокими перспективами удовлетворения требований, нет никаких гарантий, что к моменту завершения разбирательства ответчик будет финансово состоятелен и судебное решение удастся исполнить».

Антон Пронин, директор центра юридических технологий Фонда Сколково, рассказал Rusbase, что видит «приземление» финансирования судебных процессов в B2C-сегмент уже в перспективе 3-5 лет. Генеральный директор Global Venture Alliance Замир Шухов согласен, что, если взять в расчет опыт локальных LegalTech-стартапов, потребуется еще 3-5 лет до момента, когда инвестиции в судебные дела станут возможными и прибыльными. По его мнению, с развитием технологий искусственного интеллекта эта отрасль должна трансформироваться, а исход дела будет легче предсказать:

Замир Шухов

Генеральный директор Global Venture Alliance

При помощи ИИ происходит автоматизация ранее утомительных ручных процессов, которые не менялись десятилетиями. Это позволяет, например, адвокатам уделять больше времени стратегической работе. Пару лет назад профессор Даниэль Мартин Кац и его коллеги создали алгоритм для прогнозирования результатов дел в Верховном суде США. Он достиг 70-процентной точности для 7700 решений с 1953 по 2013 год. Компания Лейба продвигает идею дальше, работая с анализируемой информацией для прогнозирования будущих судебных процессов. ИИ классифицирует и упорядочивает данные быстрее, лучше и дешевле, чем человек. Это позволяет юристам использовать огромные объемы данных, чтобы приниматьправильные решенияи лучше структурировать кейс.

Таким образом, предсказание результатов исхода судебного процесса с аккуратностью 70-80% становится абсолютно реальным - если говорить про судебную практику США или Великобритании.

О важности технологий в этой отрасли говорит и Александр Сарапин, исполнительный директор «Право.ру»: «Ежегодно в арбитражных судах РФ регистрируется около 2 млн дел. Без соответствующих алгоритмов, моделей и прочих технологий проанализировать этот объем, участников этих дел, вероятность победы, вероятность исполнения достаточно тяжело».

Юрисконсульт компании Alta Via Светлана Васильева говорит, что, несмотря на отсутствие регулирования, в России область инвестирования в судебные процессы перспективна: «Когда экономика в стране и мире нестабильна, в сложной финансовой ситуации может оказаться любая компания. Но малый и средний бизнес всегда более уязвим. Поэтому стартапам по инвестированию в судебные процессы лучше изначально нацелиться на эту аудиторию, а развитием отрасли крупные российские компании станут с большей охотой прибегать к услугам инвесторов». Пользоваться такими предложениями выгодно, когда процесс сложный, перспективы не совсем ясны и разбирательство может затянуться надолгое время, отмечает эксперт.

Проект Platforma появился в 2016 году в Москве, здесь же находится и головной офис компании. Но в компании работают и специалисты из Новосибирска, а также из Греции и Великобритании. В декабре эксперты конференции Skolkovo LegalTech 2017 признали Platforma самым перспективным юридическим стартапом в области правовых технологий в России. Привлекать средства на развитие Platforma пока не планирует: «Инвестора в проекте рассматриваем только в случае, если появится инвестор и партнер в одном лице, который будет вкладываться в развитие как деньгами, так знаниями и временем», - подчеркивает Ирина Цветкова.

ИРИНА ЦВЕТКОВА

Самая желанная красавица Новосибирска и, по совместительству, успешный адвокат ловко уходит от марьяжных вопросов, лавируя по курсу «Москва-Лондон-Новосибирск», оказываясь то в Африке, то на Аляске, то на Северном Полюсе. Попутно успевает построить дом-шедевр, вырастить умницу-дочь и попробовать себя в качестве диджея.

Что побуждает вести такойактивный образжизни? По сравнению с Ричардом Бреэнсоном у меня размеренный образ жизни. А вообще я успеваю только то, что мне интересно, собственно это «интересно» и есть источник энергии. Ну, еще я рано встаю, в прошлом году, когда началась учеба в Лондоне, и продолжалась работа онлайн с московским и новосибирским офисами, чтобы все успевать я начала вставать в шесть. Но к этому быстро привыкаешь, через пару недель уже не нужен будильник, а еще через некоторое время не можешь пропустить утренний бег – дело привычки не более.

Кстати, для чего решили продолжить учебу, соскучились по временам МГИМО? В качестве ответа на вопрос «для чего?» я бы хотела привести отрывок из книги Брэнсона: «Моя бабушка прожила жизнь, наполненную до краев. Когда ей было восемьдесят девять, она стала самым старым человеком в Британии, сдавшим практический экзамен повышенной сложности по латиноамериканским танцам. Ей было девяносто, когда она стала самым старым игроком в гольф, загнавшим мяч в лунку с одного удара. Бабушка не переставала учиться. В девяносто пять она прочитала «Краткую историювремени» Стивена Хокинга, став одной из немногих, кто осилил эту книгу от начала и до конца. Незадолго до смерти (она умерла в девяносто девять лет), бабушка отправилась в кругосветный круиз. Она смеялась от души, когда ее случайно оставили на Ямайке в одном купальнике. Ее позиция была четкой: жизнь дается один раз, и этим шансом надо воспользоваться по максимуму».

Если честно, в Лондон надо было ехать сразу после МГИМО, что стало бы естественным продолжением курса международного частного права. Но тогда мне не терпелось начать работать, было много задач, емкие и интересные проекты, до конца 2013 года было чем заниматься в России, и думать об учебе было просто некогда. А в 2014 году в связи с кризисными моментами рынок M&A немного замер, интересных проектов на горизонте не было, и я поняла что лучшее, что я могу придумать, это «переждать» данный период в английском университете и заняться тем, что мне всегда нравилось – международным арбитражем. Помимо того что учиться в Лондоне – это само по себе счастье, а повторить студенческие годы – просто бесценно, образование там в корне отличается от нашего. Абсолютно другой подход, который больше направлен на анализ, практическую и самостоятельную работу, возможность узко изучать несколько предметов, а не все подряд, как у нас в магистратуре, в общем рекомендую.

Теперь Новосибирск будет вас еще реже видеть? Я уже третий год живу на три города – Лондон, Москва, Новосибирск, и пока ничего менять не планирую. Мне везде хорошо, везде свои цели и задачи: в Лондоне учусь, пишу статьи для английского «Коммерсанта» в соавторстве с английским барристером Екатериной Шостранд, ищу и нахожу новые проекты для работы. В Москве у меня офис, суды, сейчас, кстати, интересное дело веду в МКАС, представляю интересы российской компании против английского ответчика. Новосибирск – это, прежде всего, лето. А, вообще, если честно, у меня есть один грандиозный план, первые кирпичи заложены, а где будет «головной офис» покажет время, перемены и переезды мне по душе.

И в какие самые экстремальные места вас приводила эта тяга к новому? Ну, все самое экстремальное у меня еще впереди. А пока планирую этим летом без особого экстрима побывать на Чукотке, Камчатке – друзья обещали великолепную рыбалку, и на Тянь-Шане – восьмидневный трек по горам и вдоль озера Иссык-Куль, будем изучать Родину и ближайшие заповедные места. А еще меняю Сен-Тропе на Крым.

Чем удивило недавнее путешествие на Северный полюс? Северный полюс меня не удивил и не потряс, а успокоил величием и тишиной, каким-то вселенским спокойствием и знанием. Там все становится излишней суетой и каким-то мелким, мысли меняют ход, заботы уходят вместе с сотовой связью, и ты наконец-то можешь думать. И отдыхать.

Вы неравнодушны к музыке – попробовали себя в качестве диджея на открытии «Горько!», организовали в недавно достроенном доме диджей-бар «Рысь». Какую музыку предпочитаете, где ее находите, как отбираете? Я, конечно, никакой ни диджей, и диджей-барэтот только для друзей, но музыку люблю, разную, люблю ее «мешать», и люблю, когда друзья под нее танцуют и поют. Нахожу ее повсюду, она постоянно в моей голове, там и отбирается, там и записывается. Тем не менее, летом, как будет время, хочу поучиться профессионально записывать треки, оборудование уже есть, дело за малым – найти учителя-диджея. Но, это такое хобби, не более.

Кстати, о вашем доме «Сибирские угодья»: довольны результатами многолетнего строительства? Неважно сколько он строился, главное, что получился именно таким, каким я его задумала много лет назад, что ничего не хочется менять. Я люблю приглашать домой своих друзей и устраивать разные пати, типа шахматного турнира или «Беляши-Party», или FlowerDanceParty. Неважно, что происходит, важно, что дом смеется, он поет и он живой – это главное качество, которое я ценю в домах. В Москве у меня тоже есть «домик в деревне», который мои друзья любят не меньше, чем я, и количество аудиоколонок в нем уже превосходит все мыслимые пределы, но для чего еще нам нужны дома? Чем они нам дороги? Возможностью собраться с друзьями и любимыми.

Кто должен сказать: «Ты – молодец!», чтобы это стало для вас поводом гордиться собой? Мне будет приятно услышать «Молодец» от моих друзей, их мнение, безусловно, важно, но по-настоящему только я сама могу себя оценить и похвалить себя, только я знаю, когда я действительно молодец, а когда можно было бы и лучше, я свой самый объективный критик.

Текст: Павел Ютяев

Судебные процессы во многих случаях требуют от истцов серьёзных затрат. Именно поэтому и частные лица, и коммерческие компании часто предпочитают не обращаться в суд. Первый в России сервис по финансированию судебных процессов Platforma помогает истцам найти средства для крупных коммерческих споров, а инвесторам – получать свой процент от выигранных сумм взысканий. О том, как создавать новый рынок в России, основатель сервиса Platforma Ирина Цветкова рассказала порталу Biz360.ru.

Как всё начиналось В 2013 году Ирина Цветкова уехала на учёбу в Лондон по программе LLM (магистр права), где изучаламеждународный арбитраж. В рамках этой программы у неё был довольно обширный спецкурс на тему альтернативных доступов к правосудию. Там Ирина впервые услышала о финансировании судебных процессов - когда частные лица или инвестиционные фонды оплачивают тяжбы третьих лиц. За свои вложения они берут процент от суммы иска, которую получает истец. Сам истец при этом ни за что не платит во время процесса, включая услуги адвоката или юриста.

Сфера судебного финансирования начала развиваться в Британии, США и Австралии в середине 2000-х годов. В последние несколько лет такой способ финансирования судебных расходов набирает в этих странах всё большую популярность. С 2013 по 2017 годы рынок судебного финансирования в США вырос в четыре раза: с 7% до 28% от общего количества судебных исков.

«В Англии это направление тоже набирало обороты. Про него очень много говорили и писали, во время учёбы у нас на эту тему была специальная работа. Мне пришлось глубоко вникнуть в судебное финансирование, и я поняла, что это работает. Рынок огромный, а в России ничего подобного нет. Мне стало понятно, что надо создавать российскую онлайн-площадку для привлечения инвестиций в судебные процессы», - говорит Ирина Цветкова.

Продолжая обучение в Лондоне, Ирина наняла специалистов, которые начали разрабатывать такую платформу – сайт будущего проекта Platforma. В это же время она писала и переводила тексты о принципах работы этой площадки, формировала команду.

Первые несколько месяцев Platforma работала в тестовом режиме. В это время отслеживалась работа в программе всех трёх типов клиентов: истцов, адвокатов, инвесторов. Полноценный старт сервиса в декабре 2016 года совпал с возвращением Ирины в Москву. Всего подготовка к запуску заняла около года. В разработку продукта и его дальнейшее продвижение Ирина вложила собственные средства. Объем инвестиций она не раскрывает, но надеется окупить их к концу 2018 года.

«Для запуска в первую очередь нужно было сделать сам портал. Он достаточно сложный по функционалу. Там много взаимодействий, много автоматизированных процессов. Кроме того, на русском языке просто не было текстов и документов по нашей тематике. Всё это мы писали сами, с нашей командой», - вспоминает Ирина Цветкова.

Старт с поддержкой коллег Platforma стала первым проектом на российском рынке судебного инвестирования. Поэтому первоочередной задачей нового сервиса было «создать рынок», то есть рассказать о новой услуге потенциальной аудитории. Ею могут быть частные лица и компании, у которых нет средств для участия в судебном процессе, адвокаты и инвесторы. Основатель и сотрудники сервиса объясняли заинтересованным сторонам, что такое судебное инвестирование, как оно работает, кто вкладывается в процессы.

Чтобы познакомить аудиторию с новой услугой, основательница проекта с коллегами потратила много времени и сил на выступления, участие в конференциях, написание статей. По словам Ирины, это способствовало узнаваемости как проекта, так и сферы судебного инвестирования в целом.

«На первом этапе было довольно много скептиков, которые говорили, что эта схема не будет работать в России. Нас часто спрашивали, законно ли это. Но никаких запрещающих законов на этом рынке нет», - замечает Ирина Цветкова.

В продвижении идеи судебного инвестирования её компанию поддержали представители юридического сообщества. Юристы, выступавшие вместе с Platforma на форумах, высоко оценивали её перспективы.

Довольно неожиданно для Ирины идея нашла понимание и в судейском сообществе. В апреле 2017 года председатель Совета судей, судья Верховного суда РФ Виктор Момотов выступил в поддержку финансирования судебных процессов на одной из конференций.

«По сути, Виктор Викторович озвучил все наши мысли. Это было удивительно и очень приятно. У нас потом была встреча, на которой он сказал о том, что финансирование открывает доступ к правосудию. Спустя год на юридическом форуме в 2018 году он отметил в своём выступлении: «У нас судебное инвестирование не очень хорошо развито, но это хорошее направление движения, способствующее повышению эффективности судопроизводства. Нужно поддерживать такие проекты, как Platforma». Можно сказать, мы получили поддержку от юридического сообщества, что для нас было очень важно. Изначально у меня не было никакого понятия, как эта идея будет встречена коллегами», - рассказывает Ирина.

Как всё работает Смысл судебного финансирования довольно прост. Инвесторы берут на себя все затраты истца на судебный процесс и в случае успешного окончания дела получают процент от присуждённой истцу компенсации. Таким образом, истец может привлечь квалифицированных юристов и при этом не несёт затрат на судебный процесс – все издержки покрываются привлечёнными инвесторами.

Те, в свою очередь, в случае победы в суде получают до 40% от размера взысканной суммы. Их участие усиливает позицию истца в суде и даёт возможность противостоять финансово сильному ответчику в долгих судебных спорах. Если даже дело не возьмут в работу, истец получает как минимум бесплатную экспертизу о перспективах своего иска.

«Мы единственная в России онлайн-площадка, на которой истец может разместить свой кейс, найти инвестора и получить финансирование или адвоката, готового работать за «гонорар успеха» (оплата только в случае победы в суде – примечание редакции), - говорит Ирина Цветкова.

Основательница сервиса приводит следующие цифры, подтверждающие высокую доходность проекта для инвесторов. Если инвестор получает доход в 30% от суммы иска истца, то при этом среднем сроке рассмотрения 18 месяцев он заработает 133% годовых. При доходе в 20% от суммы иска и сроке рассмотрения 36 месяцев инвестор заработает 33% годовых. Такие инвестиции относятся к высокодоходным.

Чтобы максимально снизить риски инвесторов, Platforma берёт в работу только те дела, где по оценке экспертов компании процент выигрыша составляет не менее 75%. Также инвестор может привлечь собственных экспертов для оценки перспектив иска. «Совсем недавно у инвестора было много возможностей, куда вложить средства. Это и недвижимость, и криптовалюты, и ценные бумаги. Сейчас доходность многих инструментов не столь привлекательна. Депозиты в рублях - около 7%. Паевые фонды в зависимости от категории принесли своим инвесторам от -40% до 40% за год. Бум на криптовалюты прошёл вместе с падением курса биткойна с 19000 до 6000 долларов. Но инвесторы привыкли вкладывать свободные деньги «в дело». Поэтому они с интересом рассматривают новый способ инвестирования – в судебные процессы. Сейчас у нас больше желающих инвестировать, чем кейсов, подходящих под инвестиции», - утверждает Ирина.

Работа с заявкой Для начала сотрудничества с проектом Platforma истец заполняет форму на сайте, к которой прикладывает основные документы. Дальше дело изучается юристами бэк-офиса. Если они видят в нём перспективу, то связываются с партнёрами-юристами, которые специализируются наданном типедел. Если необходимо, у истца запрашивают дополнительные документы, либо проводят с ним интервью.

Срок рассмотрения заявки зависит от сложности дела и количества предоставленных документов. Иногда юристам сразу становится понятно, что дело не имеет перспективы. В таких случаях истец получает отказ в течение нескольких дней. В среднем вынесение вердикта по заявке занимает от недели до месяца, если требуется углубленная экспертиза.

«Скорость ответов истца может значительно ускорить рассмотрение заявки, если он готов быстро давать ответы, присылать нам документы, выходить на интервью. Некоторые клиенты неделями не могут дослать документы, которые мы запрашиваем. Для нас это было неприятным сюрпризом. Видимо, когда клиент не платит юристам за каждый час их работы, он не очень расторопен», - говорит Ирина Цветкова. Из всех поступающих дел в работу принимается не более 2-3%. По утверждению основательницы Platforma, на Западе этот показатель составляет не более 1-2%. Столь большой «отсев» связан с тем, что для потенциального успеха дела должно сойтись множество факторов.

Самый важный из них – кто ответчик и какова его платёжеспособность, есть ли у него активы, можно ли получить по ним обеспечительные меры. Если дело рассматривается в других странах, то надо оценить, сколько понадобится времени, денег и сил на приведение решения в исполнение на территории России. И наоборот, если решение вынесено в иностранной юрисдикции, сколько времени займёт его исполнение в РФ.

Имеют значение сроки, место и стадия рассмотрения дела, а также сумма иска и сумма инвестиций. Между ними должна быть пропорция примерно 10/1 (например, при сумме иска в 10 миллион рублей вложения в процесс не должны превышать 1 миллиона рублей). Только при таких условиях процесс выгоден всем трём сторонам. Когда все факторы сходятся, дело берётся в производство.

«При «обычной» почасовой оплате услуг адвокатов и юристов не все из них заинтересованы в успехе. Они могут судиться долго и не всегда с положительным результатом. У нас другая модель, нам нет никакого смысла заходить в бесперспективные дела. Просто так ни один инвестор не будет судиться и вкладывать свои деньги», - констатирует Ирина.

Отобранные экспертами кейсы выставляются на сайт проекта, где их могут изучить инвесторы и выбрать тот, в который захотят вложиться. С некоторыми инвесторами компания работает уже на постоянной основе. Доход сервиса Platforma – это комиссия (в среднем около 10%) от размера инвестиций в каждый судебный процесс, а также бонус за успех. Как правило, проект принимает в работу дела с суммой предполагаемых инвестиций от 1 миллиона рублей.

Первые результаты Около 50% истцов – частные лица. К примеру, пациенты судятся с клиникой или покупатели квартир – с застройщиком. Акционеры могут подать в суд на своё общество или на других акционеров. Вторая половина истцов – компании, которые обращаются в суд против своих деловых партнёров.

Сферы применения судебного финансирования самые разные. Среди них – иски пациентов против клиник и иски о защите прав потребителей, дела об интеллектуальной собственности, коммерческие споры (в том числе международные). Некоторые дела, в которых участвуют инвесторы Platforma, рассматриваются в Международном коммерческом арбитражном суде. По нескольким из них уже есть вынесенные решения, которые необходимо привести в исполнение в той стране, где находится ответчик с активами. С этим как раз помогают специалисты, найденные через проект Platforma.

«Международный коммерческий арбитраж – одно из направлений, интересных для нас и для инвесторов. К третейскому правосудию у инвесторов доверие зачастую выше, чем к нашим государственным судам. Но приведение его решений в исполнение зачастую требует времени и затрат. Именно здесь и нужна помощь инвесторов», - объясняет Ирина Цветкова.

В активе Platforma уже есть несколько выигранных процессов с участием привлечённых инвесторов и юристов. И довольно большой пул дел находится сейчас в процессе рассмотрения. Основательница проекта рассчитывает, что до конца 2018 года несколько из них закончатся в пользу истцов.

«Одно из дел закончилось за 6 месяцев мировым соглашением и выплатой. Как только в дело зашёл инвестор, ответчик понял, что нет смысла бегать от истца и не платить. И судиться – это только усугублять ситуацию и накапливать проценты», - приводит пример Ирина.

Некоторые из выигранных дел являются, по мнению Цветковой, судебными прецедентами. В мае 2018 года новосибирский завод «Экран» взыскал с ОАО «Новосибирскэнергосбыт» 45,3 миллиона рублей за перебои в поставке электричества. Провалы в напряжении привели к выходу из строя дорогостоящего оборудования.

«В российской судебной практике это стало первым случаем, когда провалы напряжения в поставках электроэнергии были признаны нарушением качества и привели к возмещению убытков», - уверяет Ирина.

Маркетинг и продвижение Продвижение проекта направлено в основном на поиск новых истцов с интересными кейсами. Результат приносит комплексное использование различных маркетинговых каналов. Проект активен сразу в нескольких соцсетях: «ВКонтакте», Facebook, Telegram. Каждая из них рассчитана на свою аудиторию.

«Так как мы первые и единственные, у нас нет конкурентов. Это плюс. Минус в том, что нам надо самим создавать рынок, и никто нам в этом не помогает. Поэтому мы затронули, наверное, все возможные аспекты продвижения. Среди них – SЕО, соцсети, работа со СМИ, участие в конференциях, форумах, круглых столах, проведение бизнес-завтраков», - говорит Ирина Цветкова.

В мае 2018 года компания запустила собственный ресурс Platforma.Media, посвящённый юридическим и финансовым технологиям. Там размещаются кейсы, переводы статей, интервью с юристами и истцами.

Ещё одно направление работы проекта - PR-сопровождение. Процессы, в которых участвует Platforma, освещаются на сайте компании и других профильных ресурсах, а также в интервью СМИ, на форумах и конференциях. В случае необходимости к продвижению кейса привлекаются специалисты из партнёрских агентств.

«Мы поняли, что многие процессы, которые мы ведём, нужно дополнять PR-сопровождением. Публичность очень часто помогает выиграть дело», - замечает Ирина. Как и в первый год работы, проект продолжает активно участвовать в крупных юридических и финансовых конференциях. Среди них – Юридический форум России, организуемый газетой «Ведомости», и Санкт-Петербургский международный юридический форум. Там основательница Platforma рассказывает о сфере судебных инвестиций и делится собственными кейсами. Ещё один способ заявить о себе – участие в конкурсах. В 2017-2018 годах проект получил призы сразу в двух из них. На крупнейшем в России форуме по современным технологиям для юристов Skolkovo LegalTech его признали самым перспективным юридическим стартапом. На конференции Fintech Russia проект победил в номинации «Самый перспективный финансовый стартап».

В 2017 году проект учредил собственный конкурс - «Лучшие по праву». Его цель – поиск талантливых юристов по всей стране. В рамках этого конкурса адвокаты представляют сложные и резонансные дела, в которых им удалось выиграть. «Известные юристы крупных фирм всегда на виду. Но при этом есть много специалистов, которые делают свою работу не хуже. Просто о них никто не знает. Благодаря этому конкурсу мы нашли суперюристов по всей стране, которые выигрывали очень знаковые дела. Мы будем с ними работать и дальше, в том числе по нашим кейсам», - объясняет необходимость конкурса Ирина Цветкова.

Команда проекта В команде Platforma 12 постоянных сотрудников. Это юристы, финансисты, служба PR и маркетинга, бухгалтерия, администрация. В зависимости от задач и проектов привлекаются на аутсорс IT-специалисты, веб-дизайнеры, копирайтеры, юристы и т.д.

Для получения экспертизы по поступающим искам и ведения дел Platforma привлекает юристов-партнёров. Это сотрудники как крупных, так и небольших юридических компаний. Почти все они – узкоспециализированные юристы. У каждого из них есть своё направление работы – например, медицина, международный арбитраж или защита прав потребителей. Как правило, хорошие юристы специализируются в узких областях. На все руки мастеров, наверное, нет», - констатирует Ирина.

В августе 2017 года проект запустил Единый каталог юристов – сервис по онлайн-поиску адвокатов и юристов в России. Каталог позволяет найти квалифицированного специалиста в любом городе России и связаться с ним напрямую. Основная проблема для многих истцов, по мнению Ирины Цветковой, связана с поиском грамотного адвоката или юриста. Некомпетентность этих специалистов может обернуться проигранным делом из-за неправильно выбранной тактики или отсутствия у них необходимых знаний.

«Мы сейчас расширяем пул юристов. В октябре опять запускаем конкурс, будем искать новые таланты. Приятно смотреть, когда дела ведут неравнодушные и профессиональные коллеги. Когда юристы работают на своё имя, судятся и добиваются результатов. Мы это приветствуем и поддерживаем », - добавляет Ирина Цветкова.

«Platforma будет финансировать важные социально-резонансные дела. Мы считаем, что в этом наша миссия, мы должны и можем этим заниматься. Также будем развивать все наши направления. Рынок ждёт от нас громких кейсов. И осенью мы планируем их дать», - резюмирует Ирина Цветкова.

----- ВиталийКовальчук, Biz360

Хотите рассказать о своей победе в суде, опыте продвижения или же хобби? Можете вести постоянную колонку на актуальную для юридического рынка тему? Есть интересное дело, кейс или новость? Пишите на

В начале апреля в Москве прошел IX Юридический форум, организованный газетой «Ведомости». Наиболее острыми темами для обсуждения стали возможные сценарии реформирования российского рынка юридических услуг и адвокатуры, законодательного регулирования, а также проблемы конкурентоспособности российского права в целом. Я считаю, что необходимым условием повышения качества правовых услуг является консолидация рынка, внедрение стандартов качества, а также механизмов обязательного страхования профессиональной ответственности.

Интерес юридического сообщества к проблеме качественного развития юридической отрасли неслучаен. В последнее время конкуренция на российском рынке юридических услуг заметно обострилась.

Внутриотраслевой кризис объясняется структурными особенностями рынка юруслуг. Этот рынок не консолидирован и условно делится на два сегмента - адвокатский и консалтинговый, но адвокаты не являются маркетмейкерами рынка. Их в стране всего 60–70 000, в то время как юристов, которые адвокатами не являются, но занимаются юридической практикой на постоянной основе в юрконсультациях, консалтинговых компаниях или будучи индивидуальными предпринимателями, насчитывается порядка 300–350 000. При этом такие юристы, несмотря на отсутствие адвокатского статуса, вправе оказывать услуги судебного представительства по гражданским делам наравне с членами адвокатских коллегий.

Сложившаяся дуальная система не является конкурентоспособной, поскольку не обеспечивает качества услуг и ответственности исполнителей. Причем в равной степени это касается и адвокатского, и консалтингового сегментов. Формально деятельность адвокатов регулируется специальным законом об адвокатуре. Вступить в коллегию непросто, а за нарушение адвокатской этики защитники рискуют лишиться статуса адвоката. Однако меры дисциплинарной ответственности применяются к адвокатам не часто. Зато повсеместно случается, что адвокат, лишившись статуса, легко восстанавливает его в коллегии или бюро, расположенных в другом регионе. Либо устраивается на работу в юридическую компанию и, как и прежде, продолжает представлять интересы клиентов в гражданском судопроизводстве.

О случаях возмещения адвокатами ущерба, причиненного клиенту, почти ничего не известно, если не считать редкие прецеденты добровольного возврата гонорара. Что же касается частной юридической практики вне адвокатского контура, то в ней и вовсе царит хаос.

Одним из вариантов консолидации рынка является введение адвокатской монополии на судебное представительство - либо во всех, либо в высших инстанциях. То есть поэтапный переход от дуальной системы к единому статусу адвоката или юриста с равными для всех правами и обязанностями, а также стандартами деятельности. Необходимо установить единые квалификационные требования к специалистам, желающим оказывать услуги судебного представительства как в качестве юриста, так и адвоката. Возможные базовые критерии: высшее юридическое образование, определенный стаж работы по специальности, достойные результаты квалификационного экзамена. У потребителей должны быть гарантии того, что они обращаются к специалисту, статус которого подтвержден профессиональным сообществом. Жесткий предварительный отбор наначальном этапепозволит сформировать обновленный костяк юридической отрасли.

Наряду с этими новациями необходимо внести изменения и в действующие нормативно-правовые акты, регулирующие адвокатскую деятельность: четко определить организационно-правовые формы предоставления правовых услуг; расширить гарантии обеспечения профессиональных прав юристов, наполнив их реальным содержанием.

Кроме того, дисциплинировать рынок могло бы обязательное страхование юридической ответственности юристов, тем более что это распространенная международная практика. Большинство иностранных бюро предоставляют клиентам финансовые гарантии качества услуг, особенно в том случае, если специализируются на правовом сопровождении бизнеса. Обязательное страхование ответственности действует во многих европейских странах, в том числе в Германии, Франции, Швеции и других. Страховаться могут как адвокаты, так и адвокатские объединения в интересах всех своих членов. За рубежом сформирована обширная судебная практика, позволяющая установить стандартные критерии работы адвоката, определить справедливую стоимость страховки, основываясь на результатах комплексной оценки рисков. Страховые выплаты пострадавшим обычно производятся по решению суда.

Попытка ввести обязательное страхование ответственности уже однажды предпринималась в нашей стране несколько лет назад, однако она не удалась из-за отсутствия соответствующего закона. Возможно, пришло время вернуться к его обсуждению. Внедрение практики страхования профессиональной ответственности позволит российским юристам на равных конкурировать с западными консалтинговыми компаниями. Но главное - через механизм компенсации клиентских убытков возможно будет вернуть утраченное доверие клиентов к адвокатскому корпусу и юристам в целом.

Нет никаких сомнений в том, что новый современный инструмент управления рисками будет выгоден как клиентам, так и юридическому сообществу. Сейчас заказчики правовых услуг вынуждены вступать с исполнителями в фидуциарные отношения, а оценить реальные знания и опыт адвоката зачастую невозможно. Но даже квалифицированные адвокаты, принимая те или иные решения, могут ошибаться. Страховка позволит покрыть финансовые последствия таких просчетов, а также мотивирует юристов к ответственности и повышению качества услуг: ведь впротивном случаеим придется платить повышенные страховые взносы.

Статистика подтверждает: обычный человек имеет все шансы выиграть дело у корпорации. По данным Судебного департамента при Верховном суде, 98 % граждан выиграли иски у страховых компаний, 85% - у финансово-кредитных учреждений. Так же обстоят дела и с тяжбами против работодателей и производителей различных товаров. Адвокат, основатель онлайн-сервиса Platforma Ирина Цветкова помогла The Village составить инструкцию о том, как судиться с корпорацией.

Инструкция

Как выиграть дело против компании

Оцените свои шансы

Прежде чем приступать к активным действиям, посоветуйтесь с юристом, подумайте, есть ли у вас достаточно доказательств, не прошел ли срок давности, который в большинстве случаев составляет три года.

Ирина Цветкова, адвокат: Если вы планируете подать иск против корпорации, обсудите шансы с адвокатом, который уже выигрывал подобные дела. Велика вероятность отсудить компенсацию, если зафиксированы серьезные недостатки товара, работы или услуги, которые повлекли причинение вреда. У вас должны быть веские основания для судебного разбирательства, иначе суд отклонит иск.

Так произошло с 26-летней москвичкой, которая подала в суд на сервисы скидок Groupon и Malina. Девушка поправилась на десять килограммов из-за регулярного пользования скидочными купонами ресторанов, а позже попыталась взыскать с компаний 18 миллионов рублей из-за того, что ее не проинформировали о возможном ожирении. Адвокат предупредил «пострадавшую», что шансы выиграть в суде малы, но тем не менее она подала иск, сославшись на недобросовестную рекламу скидочных сервисов. Естественно, иск отклонили.

Найдите юриста

Вероятнее всего, вам придется воспользоваться услугами юриста. Большинство из них работают по часовой ставке или за фиксированный гонорар. Ведение дела будет стоить от 75 тысяч рублей. Но есть и другие варианты для тех, у кого нет денег. Например, можно договориться о выплате гонорара успеха (10–30 % от суммы удовлетворенного иска) или найти юриста, работающего по модели pro bono, то есть бесплатно защищающего интересы истцов в социально важных делах.

Ирина Цветкова: Без поддержки профессионального юриста людям несведущим сложно разобраться в вопросах судебной защиты и процессуальных нюансах. При выборе адвоката обратите внимание, на делах какого типа он специализируется, на его выигранные споры и на подход к работе. Послушайте, насколько уверенно он говорит с вами. Лучше не заключать контракт с адвокатом, который обещает стопроцентный успех в деле. Ведь каким бы опытным ни был юрист, решение все равно остается за судьей.

Если денег на оплату юриста нет, можно также поискать инвестора, то есть третье лицо, которое будет финансировать судебный процесс в обмен на часть компенсации в случае выигрыша дела. Найти инвестора можно на Platforma-online.

Выберите стратегию

Нужно определить, что именно вы будете взыскивать (прямой ущерб, моральный ущерб, упущенную выгоду) и кто ваш ответчик, то есть к кому вы будете предъявлять свои требования по возмещению.

Ирина Цветкова: Сумма компенсации должна быть соразмерна понесенным потерям. Сложнее определить моральный ущерб. За рубежом компенсация морального вреда может доходить до нескольких миллионов долларов. В России он в среднем оценивается в небольшие суммы - от 10 до 100 тысяч рублей. Аналогичная разница - при компенсации за нанесение вреда здоровью. Для сравнения: 79-летняя американка Стелла Либек в 1992 году получила ожог третьей степени, пролив на себя кофе из McDonald’s. Сеть ресторановбыстрого питаниявыплатила 2,7 миллиона долларов штрафа и 1,6 тысячи долларов на покрытие медицинских расходов. Похожая история произошла в России: трехлетняя девочка получила ожоги шеи и туловища от опрокинутого на нее стакана с горячим кофе в McDonald’s. Отец ребенка получил от сети ресторанов 320 тысяч рублей. По данным «Коммерсантъ FM», это крупнейшая сумма, которую взыскали с McDonald’s в России.

Соберите доказательства

Доказательства нужно представить в суд первой инстанции до момента вынесения решения по существу, так как апелляционная инстанция дополнительные доказательства не принимает. Например, если у вас возникли проблемы со здоровьем в связи с неправильным лечением, нужно доказать, что именно оно стало их причиной. Все выводы стоит подкрепить расчетами и доказательствами: договорами, документами и справками, листками нетрудоспособности, заключениями экспертов о последствиях лечения.

Ирина Цветкова: У адвоката больше возможностей для сбора доказательств, чем у обычного человека. Он имеет право запросить данные с видеокамер, может собратьбольшее количествосвидетельских показаний и оперативно договориться о необходимых экспертизах со специализированными организациями.

Попробуйте урегулировать спор до суда

Иногда досудебный порядок является обязательным по закону или договору, поэтому нельзя подать сразу в суд, не попробовав мирные способы урегулирования конфликта. Нередко за урегулированием спора обращаются к третьей, незаинтересованной стороне. Это может быть профессиональный медиатор, час работы которого в среднем стоит 2–5 тысяч рублей, либо юрист, который выслушает обе стороны и найдет удовлетворяющее всех решение.

Ирина Цветкова: 95 % дел в США и 87 % дел в Европе решаются в досудебном порядке. От обращения в суд на этом этапе людей останавливают не только высокие судебные издержки, но и желание быстрее договориться со второй стороной спора.

Закончить спор без суда можно и в том случае, если иск в суд уже подан. Для этого нужно на любом этапе судебного разбирательства заключить мировое соглашение и попросить суд его утвердить. Этот способ также поможет сократить время на взыскание компенсации. Если одна из сторон не исполнит договоренность добровольно, то другая вправе получить исполнительный лист, заявив о нарушении мирового соглашения.

Подайте иск в суд

Чтобы подать иск, нужно заплатить госпошлину, составить исковое заявление и приложить к нему дополнительные документы, свидетельствующие о вашей правоте.

Ирина Цветкова: Госпошлина рассчитывается самостоятельно или с помощью специальных онлайн-калькуляторов. Например, если сумма иска составляет 100 тысяч рублей, то госпошлина по нему будет равна 4 тысячам рублей. Если ответчик - крупная компания, у которой есть филиалы в разных регионах, у истца есть право обратиться варбитражный судпо месту нахождения ее центрального офиса или филиала, если спор вытекает из деятельности конкретного отделения. В арбитражный суд иск можно подать вэлектронном видечерез сервис «Мой арбитр ». В федеральные суды общей юрисдикции документы подаются во всех остальных случаях через портал госуслуг.

Обжалуйте решение

Если вам отказали в одном суде, это не значит, что вы не сможете выиграть в другой судебной инстанции. Помните, что у обеих сторон есть право на апелляцию в течение месяца.

Ирина Цветкова: Тверской суд Москвы отклонил иск москвича, который получил травму от удара ноги об торчащий металлический штырь у двери одного из ресторанов McDonald’s. Однако Мосгорсуд это решение изменил, и молодой человек все-таки получил компенсацию. Главное здесь - не пропустить срок, в течение которого можно подавать апелляцию.

Получите деньги

После победы в суде можно подумать о том, как получить компенсацию: это можно сделать через судебных приставов или банк ответчика.

Ирина Цветкова: После финального заседания в случае успеха у вас на руках окажется решение суда и исполнительный лист. Можно получить свою компенсацию через судебных приставов. Однако на это могут уйти месяцы. Второй вариант - прийти с исполнительным листом в банк, где у ответчика находится расчетный счет, и написать заявление с указанием реквизитов вашего счета.

Перед подачей обязательно сделайте нотариально заверенную копию исполнительного листа. В течение трех дней банк обязан списать деньги со счета должника и перевести на ваш счет. Но этот способ эффективен, только если вы точно знаете, что в конкретном банке у должника есть деньги на счету. Если окажется, что денежных средств на счетах нет или счета закрыты, то придется обращаться к судебным приставам.

Добавить комментарий